Загрузка.
Пожалуйста, подождите...

 
 

Новые границы, приобретения и потери

Август 2009 г. | Категория: Начало XIII - середина XIV вв  | Просмотров: 2259

Пределы княжества, несмотря на тяжкое иго, значительно расширились. Это растяжение границ совершалось, конечно, в тех направлениях, в которых оно встречало наименее препятствий, именно, в юго-восточном и северо-западном. На юго-востоке граница княжества далеко перешагнула за реку Воронеж и углубилась в степи. В конце XIII и начале XIV вв. она определялась русскими поселениями, разбросанными по левому берегу Дона с одной стороны и по правому Хопра и Великой Вороны с другой; по крайней мере, мы знаем, что эти реки отделяли Рязанскую епархию от Сарайской. Последняя была учреждена во второй половине XIII в. в Сарае для русских и татарских христиан, на всем пространстве южной России между Волгою и Днепром. До нас дошла целая история спора, который возник между рязанскими и сарайскими епископами вследствие того, что последние старались распространить свою власть на места, лежавшие по правому берегу Вороны и Хопра. Митрополиты Максим, Петр и Феогност – при последнем это дело рассматривалось на соборе в Костроме, обыкновенно решали его в пользу рязанских епископов, прямо называя упомянутые реки рязанским пределом. Притязания сарайских епископов, однако, не прекращались до времен митрополита Алексея, который около 1360 г. своею грамотою окончательно утвердил спорные места за Рязанскою епархиею. Вся эта часть степей по левую сторону Дона на восток от Воронежа до берегов Хопра и Вороны известна была в те времена под общим названием Червленого Яра, и представляла обширное поле для русской колонизации, когда исчезло в этих местах господство половецких орд. Татары, заступившие их место, не кочевали здесь такими густыми массами, как половцы, и, вероятно, по воле самих ханов, не препятствовали распространению на юге русских поселений. Эти поселения, расположенные по течению главных рек, явились здесь еще в XIII в., о чем свидетельствуют грамоты митрополитов Максима и Петра, на которые ссылается Феогност. Последний в своей грамоте, писанной между 1334 и 1353 гг. упоминает о городах по реке Вороне. Частые набеги ордынских хищников заставили русских князей прибегнуть к содержанию в степи караулов, которые могли бы вовремя извещать об опасности. Начало таких караулов относится ко второй половине XIV в.; они упоминаются в первый раз в грамоте митр. Алексея (около 1360 г.); у Феогноста о них еще не говорится ни слова. В начале это были не более, как скрытые притоны разъезжих сторожей и станичников, имевших обязанности наблюдать за движениями татар; а в последующие века из них развилась целая и довольно сложная система пограничной стражи. В эпоху Димитрия Донского наряду с рязанскими встречаются в степях уже караулы московские. Но Рязанское княжество более, нежели какое-либо другое, нуждалось в подобных мерах предосторожности; на него падали обыкновенно первые удары кочевников. Летописи по-прежнему вспоминают об их набегах на рязанские украйны; разница только в имени разбойников; вместо половцев читаем татары.

На западной стороне обстоятельства в то время были благоприятны для рязанских князей; здесь представлялся им удобный случай приобрести новые волости и распространить свое влияние на соседей. Нашествие Батыя особенно сокрушительным образом подействовало на княжества Киевское и Черниговское; с тех пор они все более и более увлекались под влияние соседей. После мученической смерти Михаила Всеволодовича в 1246 г. Чернигово-Северские волости разделились между его четырьмя сыновьями на княжества Брянское, Новосильское, Карачевское и Тарусское, которые в свою очередь раздробились на мелкие уделы. Рязанские князья не преминули воспользоваться ослаблением соседей, так что в начале XIV в. их пограничная линия на западе шла от верховьев Мечи и Зуши к среднему течению Упы, потом к устью Протвы и далее вверх по этой реке. По крайней мере, в договорной грамоте Олега Ивановича с Дмитрием Донским (1381 г.) города Лужа, Верея и Боровск называются местами прежде бывшими рязанскими. Но присоединение степных пространств на юге и лесных бедно населенных на западе не могло заменить потерю лучших волостей на северо-западе. Сокращение пределов с этой стороны началось со времени неудачной войны Константина Романовича с Даниилом Александровичем Московским. Сын Даниила Георгий навсегда утвердил за Москвою Коломну со всеми ее волостями. Иван Калита, судя по его духовному завещанию, присоединил к Москве прежние черниговские волости по реке Лопасне; хотя рязанцам в 1353 г. нечаянным нападением удалось опять завладеть Лопасною, но не надолго. Духовное завещание Ивана Ивановича, 1356 г. показывает, что московские приобретения увеличились еще Каширою, Боровском и другими местами которые также в XIII в. были отторгнуты рязанцами от Северских княжеств. На севере и востоке рязанские пределы по-прежнему терялись в лесах мери, мещеры и мордвы.

Что касается до Муромского княжества, то оно после татарского погрома становится еще слабее, чем прежде, и едва обнаруживает признаки жизни в истории. Мы оставили Муром в 30-х годах XIII столетия, когда там княжил Юрий Давыдович, который, вероятно, погиб при нашествии Батыя. Ему наследовал сын Ярослав, о котором мы знаем потому только, что в 1248 г. его дочь вышла за Бориса Васильковича Ростовского. Под 1281 и 1288 г. летопись упоминает о разорении Муромской земли татарами. В половине XIV века находим в Муроме двух братьев Василия и Юрия Ярославичей. Василий умер в 1344 г. и положен был в муромской церкви Бориса и Глеба. Юрий наследовал ему и ознаменовал свое княжение тем, что обновил город Муром, запустевший, по словам летописца, издавна, со времен первых князей, вероятно, после татарского разорения. В 1351 г. князь первый поставил в городе свой двор: примеру его последовали бояре; за ними начали строиться купцы и черные люди. Обновили и святые храмы, украсивши их иконами и книгами. Но Юрий недолго пользовался плодами своих трудов. Этот глухой край в то время также страдал усобицами, как и другие княжества. Род Муромских князей, очень мало нам известный, был, по-видимому, довольно многочислен. В 1353 г. является в истории какой-то Федор Глебович, очевидно, родственник Юрия Ярославича. Он собирает большое войско, выгоняет Юрия из Мурома, и сам садится на его место. Неизвестно почему, муромцы были ему рады, и многие граждане отправились вместе с ним в Орду хлопотать за него у хана. Через неделю после отъезда Федора Юрий воротился в Муром, собрал остальных граждан, и пошел в Орду судиться с Федором. Долго судили их ордынские вельможи, и, наконец, утвердили Муромское княжество за последним. Юрий был выдан своему сопернику, подвергся тяжкому заключению и умер в великой нужде. Затем мы решительно ничего не знаем о внутренних событиях в Муроме.

Между тем как оба княжества, Муромское и Рязанское, все более и более забывали о своем прежнем родстве, в иерархическом отношении они продолжали составлять одно целое.

 (голосов: 4)